— И вот прихожу я как-то вечером, а он мне и говорит…
— Что говорит? Что ты мелешь? Какой еще южный?!
— Люська хороша… Задница вот такая.
— А полковник все темнит и темнит. Я его прямо спросил, а он…
— Да вы поймите же, наконец, все совсем не так…
— Вода есть? Дай-ка чайник.
— Просто берешь и ничего не делаешь. Тупо.
— А думать?..
— Не, Ленка не очень… Квелая. Ни да, ни нет…
— Рестораны там приличные. Пиво есть немецкое, бельгийское…
— Думать тоже.
— Ну, не знаю. По-моему, дороговато там…
— Не о деньгах, не о деньгах. Наши задачи слишком ответственны…
— А он, дурак, пошел. Предупреждали его, предупреждали…
— Ну, давайте. За полюс.
— Давай.
— За нашу полярную вечность, друзья!
— Да пошел ты со своей вечностью!
— Тебе еще только предстоит понять!..
Магомедов пил водку постоянно, начиная с раннего утра, и она не приносила ему ни малейшего вреда. А Николай Степанович пошатывался и без водки.
Иногда приезжал полковник. От разговоров уклонялся, на вопросы отвечал, так, что становилось совсем непонятно. Присутствие полковника длилось обычно так. Входил и садился за стол. Все «абитуриенты» тоже садились. Подавали чай. Похлебав и позвенев в стакане ложечкой, полковник произносил: «Ну, помолчим». И все молчали, просто сидели и молчали. Во время такого сидения Штернфельду часто удавалось действительно ничего не делать, полностью остановиться и погрузиться в звенящую пустоту. Молчание иногда длилось дня по три. Потом полковник вставал, прощался с каждым за руку и уходил в направлении станции.
Бывало, полковник устраивал своего рода беседы. Например, рассказывал об «изучении матчасти». Или о том, как правильно ходить по степи. Обращаясь к Николаю Степановичу, долго объяснял, что, вполне возможно, никакого полюса нет, и то, что они все здесь оказались, — не более чем нелепая случайность, к которой, однако, следует отнестись со всей серьезностью. Николай Степанович скорбно затихал. Магомедов ждал удобного случая, чтобы улизнуть к своим Люськам и Ленкам. Штернфельд словно бы отсутствовал, иногда приобретая очень тупой вид. Бубов быстро засыпал прямо за столом.