Стадная паника была свойственна племени кентавров, и это приводило к трагическим последствиям. Так, лет за сто до последних событии народ беспечных конелюдей насчитывал несколько тысяч голов и в один дгнь вдруг сократился до одной тысячи.

Причиною послужило то, что в древнем кентаврском поселении наверху, в горной долине, где раньше проходила вольготная жизнь томсло-танопо (как они себя называли), по*явился некий сумасшедший по имени Граком.

Никто из кентавров до этого не знал, что значит сойти с ума, никому и в голову не приходило опасаться сивого Гракома, когда он вдруг принялся грызть и съедать свой собственный хвост.

Но однажды сивый начал биться головою о стену, прошиб насквозь глинобитный тын своего двора, выскочил на площадь и с диким визгом стал носиться по кругу.

К Гракому вмиг пристроился какой-то вороной бронзо-ковач с прожженной попоной, усатый и толстый. Затем еще кто-то примк*нул – и вот посреди широкой площади закрутилась жуткая карусель из обезумевших от невнятного страха, дико орущих кентавров.

Граком наконец поV(чался вон из поселка, за ним последовали остальные – и вот по дорогам, соединяющим кентаврские деревни, понеслась бесконечно длинная, грохочащая тысячами копыт лава взбесившихся конелюдей.

Невдолгих все насе*ление страны кентавров мчалось вслед за сивым предводителем, обуянное единым безумием.

Затем долго падала со скалы в пропасть живая струя из кувыркаюшихся к воздухе кентавров. И уже давно первый из них, сивый Граком, упокоенно лежат внизу на камнях, разбившись в лепешку, а сверху все еще падали темные, дрыгавшие ногами тела. С той поры уие звали Мулу, с молодой черной шерсткой на боках, с ходу ухватил и дернул стрелу но она не поддалась.

И тут пробужденное болью конское тело кентавра начале судорожно биться, взбрыкивать задними ногами, крутить хвостом, отчего кон*цевая оперенная часть стрелы вырвалась из руки Мулу и стала неуловим* крутиться в воздухе.