Потом она вдруг вспомнила, что у нее действительно были некоторые проблемы с почтовиком. Она спросила его о жуке прямо, иначе к чему бы ему писать это ей?

И тот, от кого она когда-то так ждала писем, тут же ошарашил ее ответом: «Нет, та девушка это была не ты. Какая-то проститутка из Краснодара. Это было уже после тебя. Нет, я жуков никому не ставил. Просто подобрал ее пароль на mail.ru, и то только потому, что для меня стало очевидно, что она «работает» с мужчинами. Да ну ее, она мне совсем неинтересна, мне интересна была женская психология, просто я заметил у нее приемы, которые опознал и у других женщин, и поэтому немного обобщил. А женщины женщинам рознь, конечно, у меня были очень милые знакомые, о которых я могу отзываться только с уважением.

Судя по этому твоему письму, ты понятия не имеешь, кто я на самом деле. Смею тебя заверить — с тобой все было искренне, и я не писал тебе писем, которые я раньше писал еще кому-нибудь. Никакого подвоха.

С женой вчера договорились, наконец, она хочет попробовать остаться в Америке, а я хочу, чтоб я всегда мог видеть дочь. А благородство — оно было, я не в обиде на жизнь, все жертвы принимаю, лишь бы они были мои, только мои, а люди, которые мне по-настоящему дороги, при этом не страдали.»

Она хотела бы уточнить, когда же наступило время «после нее», но постеснялась. Она так и не поняла, что именно он считает благородством, и почему он написал вдруг ей об этом своем качестве. Но подумала, что его благородство имеет особые свойства, поэтому со всеми, кто окажется в его глазах не достаточно дорог, он поступит так же, как с ней. Или как с краснодарской проституткой. Растирая виски, она некоторое время соображала, относит ли он ее к «милым знакомым» или к проституткам, а затем оставила эти бесплодные размышления, вспомнив, что ничем особенным в постели никогда не отличалась от ни от тех, ни от других. Поэтому, наверно, он, благодаря своим аналитическим способностям, интуитивно выделил у всех женщин какие-то одинаковые приемы и даже обобщил. Она еще раз восхитилась уму и рациональности своего бывшего возлюбленного, решив, что никогда больше не станет читать математических справочников.