А здесь, в явочной квартире, оставленной в его распоряжение на ближайшие полгода согласно неписаным, но беспрекословно соблюдаемым правилам, заведенным еще предшественником его предшественника, он смотрел теленовости. Уютная тишина располагала к размышлениям. Винер официально вышел в отставку месяц назад, но свойственного пенсионерам расслабления и покоя, впрочем, как и усталости, совсем не ощущал.

Обычно человек, когда ему доводится освободиться от каждодневных служебных забот и наконец-то уйти на заслуженный отдых, обретает массу времени, чтобы подвести итоги. Нередко он принимается пересматривать пройденное, и многое начинает представляться совсем иным, но с Рафи ничего подобного не случилось. Почему? Может, от того, что его не оставляла профессиональная привычка к собранности и анализу политической ситуации в стране и в мире? А может, времени прошло маловато… К тому же бывшие коллеги звонили почти каждый день: кто проконсультироваться, кто посоветоваться, а некоторые – поинтересоваться, как дела… В общем, пенсионером Рафи стал, так сказать, юридически, а не в действительности. Да и события особенно расслабляться не давали.

Вот и сегодня утром прозвучал короткий, но весьма важный звонок из Вашингтона. В закодированной форме связной ЦРУ просил о срочной, в высшей степени секретной конфиденциальной встрече. Код личный, самого высокого уровня, и, хотя Рафи отошел от дел, ему пришлось согласиться. Ошибки быть не должно: американцы знают, что он в отставке, но обратились к нему. Значит, происходит нечто важное.

Теленовости продолжались. Одед Гранот – начальник арабского отдела Первого канала государственного телевидения – весьма убедительно рассказывал о расстановке сил в Палестинской автономии. Рафи, регулярно получавший подробные отчеты от своих аналитиков, начал было уже позевывать, но тут раздался условный звонок.

Мгновенно сбросив дремоту, бывший глава Моссада пружинисто встал и открыл дверь.