– Ты быстро умеешь одеваться, а? Она кивнула, а мне захотелось вмазать ей по губам за то, что она соврала мне. Больше всего на свете я ненавижу лгунов! Мы подошли к окнам и открыли их настежь, а Тесси и говорит:

– С чего весь этот шум?

А Ферди сказал, что Дьянго сейчас находится в квартире напротив и, может быть, мы скоро увидим перестрелку. Тесси испугалась. Она довольно красивая девчонка, только я не запал на нее, потому что я с Мэри, а уж Мэри, могу поспорить, не станет бояться и трястись от страха из-за какой-то там перестрелки. Тесси хотела было смыться, но Ферди бросил ее па диван, и она сидела там дрожа, словно у нее воспаление легких или еще какая-то болезнь. Биф прошел и закрыл дверь на замок, а потом мы все столпились у подоконников.

Было здорово, потому что мы могли видеть квартиру, где засел Дьянго, прямо через дорогу и лишь на один этаж ниже. А кроме того, мы могли видеть противоположную сторону улицы, где мельтешили копы. Я оттуда разглядел лопающегося от важности Донлеви, и у меня возникло такое ощущение, будто я бросаю цветочный горшок ему на голову, но я выжидал, потому что для этого мерзавца копа у Дьянго в запасе было кое-что получше.

Теперь на улице стало довольно тихо. Копы, видно, уже договорились о своих действиях, и толпа смолкла в ожидании грядущих событий. Мы не видели никаких признаков жизни из той квартиры, где окопался Дьянго, но это еще ничего не означало.

– Что это они там делают? – сказал Биф, а я только пожал плечами в ответ.

– Ладно, Манзетти. Ты выходишь?

На улице установилась мертвая тишина. И до этого было довольно тихо, но теперь, казалось, тишину эту можно было потрогать рукой.