Меня зовут Бетани.

Вы нашли, что искали?

Этот дебильный вопрос я должна задавать каждому покупателю, даже детям. Вот бы кто-нибудь хоть раз посмотрел мне в глаза и ответил: «Ну, я написал „дерьмо“ возле коробки с фломастерами и еще нарисовал значок анархии, а потом решил задержать дыхание и ни о чем не думать, как вдруг время остановилось, и я попал в открытый космос – меня будто высосали из тела, – и мне больше не надо было волноваться за судьбу мира, за людей и за экологию, можно было просто восхищаться звездами, яркими красками и тем титаническим трудом, благодаря которому наша Вселенная получилась такая безопасная и уютная, словно материнская утроба. А потом я очнулся и понял, что пялюсь на полку с цветными карандашами, и стал ошалело бродить по отделам. Хотел стырить фломастеры, но передумал – как-нибудь в другой раз. Вселенная еще стоит у меня перед глазами. И вы спрашиваете, нашел ли я, что искал?!»

Я должна носить уродскую красную рубашку. Все должны. Такое ощущение, что исследователи-маркетологи нарочно выбрали один-единственный цвет, в сочетании с которым любая кожа выглядит ужасно. Во всех остальных рубашках я белая, как привидение. А в этой у моей кожи появляется оттенок клубничного коктейля. Мой рот – маслина.

Освещение в «Шкряпках» выбирали те же маркетологи. Оно обладает странной силой: если у тебя черные точки на носу, как у Руди, оно их подчеркивает. И все прочие недостатки тоже. Как будто через лупу на людей смотришь. Мы, сотрудницы «Шкряпок», давно привыкли к этому и замазываем самые неприглядные места тоналкой, так что стали похожи на бежевых жаб. Зато в нашей работе есть и маленькие радости: к примеру, разглядывать в этом свете покупателей.