Стьюбеки привыкли к визитам полиции. Сержант Коллинс приходил к ним почти после каждой кражи, совершенной в городе. Одного из братьев Лилли уже посадили в тюрьму — он обчистил табачный киоск на вокзале. Но потасовки на стороне Стьюбеками не одобрялись, поэтому Мэтти избил дочь, а миссис Стьюбек заставила старшую дочь Грейс покусать Лилли, я сам видел на руках и ногах у нее следы зубов, продержавшиеся не одну неделю.

Неприятности Стьюбеков на этом не закончились, потому что весь город вскоре узнал о происшествии; обеспокоенные родители пожаловались директору школы, а мистер Хаулэнд обратился в полицию, и Лилли вызвали к мистеру Е. Бейдуэллу, городскому судье и члену парламента, представлявшему в Мельбурне наш штат.

Далеко не все осуждали Лилли, хотя она и была из семейства Стьюбеков. Многие в городе не любили Хаулэндов. Сестры Форчун

Отец отнюдь не сочувствовал злополучным Стьюбекам, но он был страстным поборником равноправия граждан перед законом, особенно детей, и поэтому согласился помочь Лилли, хотя и знал, что его присутствие на суде будет расценено как неуместное вмешательство в дело простое и предрешенное. Он и не думал доказывать невиновность Лилли, которая призналась во всем, да и слишком много детей, включая его собственного сына, были свидетелями схватки на школьном дворе. Отец только хотел добиться справедливого приговора.

— Ты действительно видел, как они дрались? — допытывался он.

— Все видели, — ответил я.

— Я не спрашиваю о других, я хочу знать — ты видел, что там было?

Когда я проговорил: «Да», и принялся оправдывать Лилли, он оборвал меня:

— Я прошу рассказать, что произошло, а не почему.

— Мало ли что произошло, — возразил я. — Поли сам виноват.

— Прежде чем судить об этом, мне нужно знать факты. Так что же?

Я подробно описал.

— Хорошо, — проговорил отец. — Как ты думаешь, почему она так поступила?!