– Hетрудно сказать, – отвечала она […].

– О чародеи,– спросил тогда Луг,– в чем ваша сила?

– Hетрудно сказать,– отвечали ему чародеи,– белыми пятками вверх опрокинутся они, пораженные нашим искусством, доколе не погибнут их герои. Две трети силы отнимется у врагов, ибо не изольется из тел их моча.

– А вы, о кравчие,– спросил Луг,– чем нам поможете в битве?

– Hетрудно сказать,– молвили кравчие,– мы нашлем на них неодолимую жажду, и нечем будет врагам утолить ее. – А вы, о друиды,– сказал Луг,– на что вашу власть обратите?

– Hетрудно сказать,– отвечали они,– на лица фоморов нашлем мы потоки огня, так что уж не поднять им головы, когда со всей силой станут разить их герои.

– А ты, о Кайрире, сын Этайн,– спросил Луг своего филида,– чем в битве нам сможешь помочь?

– Hетрудно сказать,– молвил Кайрпре,– врагов прокляну я и стану хулить да порочить, так что властью своей отниму у них стойкость в сражении.

– А вы, о Бекуйлле и Дианан,– спросил Луг двух колдуний,– как нам послужите в схватке?

– Hетрудно ответить,– сказали они,– чары нашлем мы, и камни, деревья и дерн на земле станут войском с оружьем, что обратит врагов в бегство в отчаянии и страхе.

– А ты, о Дагда,– спросил Луг,– чем поможешь одолеть фоморов?

– Hетрудно сказать,– молвил Дагда,– в сече, сражении и колдовстве приду я на помощь ирландцам. Сколько костей раздробит моя палица

И не могли тогда надивиться фоморы на то, что открылось им в схватке: все их оружие, мечи или копья, что было повержено днем, и погибшие люди наутро не возвращались обратно. Hе так было у Племен Богини, ибо все их притупленное и треснувшее оружие на другой день оборачивалось целым, ибо кузнец Гоибниу без устали выделывал копья, мечи и дротики. И совершал он это тремя приемами, а потом Лухта Плотник вырубал древки тремя ударами, да так, что третьим насаживал и наконечник. Hапоследок Кредне, медник, готовил заклепки тремя поворотами и вставлял в наконечники, так что не было нужды сверлить для них дыры: сами они приставали.