Неужели она хочет, чтобы он растворился в обыденности?

Этим вечером Настя вернулась в квартиру, сняла ее с сигнализации и с отвращением вдохнула спертый воздух. Рука потянулась к пульту от кондиционера, но вместо этого она распахнула все окна, чтобы пыльное и душное лето очутилось здесь, между диваном и телевизором, на королевской кровати, у стеклянного кухонного стола.

Костя когда-то давно насмехался над привычкой в каждом месте, в любое время года создавать этот удобный мирок.

– Зачем тебе Индия, если у тебя в комнате двадцать два градуса, в офисе двадцать два, в квартире?.. – спрашивал он, растянувшись на кровати. – Оставалась бы дома.

– Но ведь ты почему-то прилетел сюда на самолете! – сопротивлялась она.

– Самолет – необходимое зло, – пояснял он. – Наслаждайся темной влажной душной ночью. Не нужно себе напоминать, что ты – человек другой культуры, не надо всюду строить маленькую Москву. Получай удовольствие от того, что есть. Напейся пьяная и приведи любовника – и ты забудешь, что такое кондиционер, в одно мгновение.

– Я тебя не понимаю… – сказала тогда Настя.

Ту ночь она провела в духоте, а на следующую они с Костей лежали в море до рассвета.

– Нет ничего лучше, чем изменить своим привычкам, – говорил тот. – “Не могу спать, душно”, – он передразнил ее. – Так не спи!

Утром она позвонила Елене.

К невыразимому удивлению Насти, Елена обитала в огромной современной квартире, с террасы которой виднелся Большой Каменный мост.

– Это что еще такое? – изумлялась Аверьянова. – Откуда миллионы?

В квартиру Елену пустил знакомый магнат, отплывший на яхте в круиз вокруг Европы.

– Ты же встречалась с Костей? – спросила Настя глядя на мост, по которому сновали машины.