Клерки всё стояли неподвижно. А сверху всё падали доллары, а хиппи всё улыбались спокойно и загадочно, как десяток Джоконд.

И тут клерки не выдержали. Люди, ежесекундно имеющие дело с распоряжениями «продай-купи» на сотни тысяч, миллионы долларов — чужих долларов, — бросились хватать с пола, ловить в воздухе однодолларовые купюрки.

Вот тогда сверху и раздался смех. Весёлый смех. Издевательский смех. Хиппи, по всей видимости, получили большое удовольствие.

Конечно, их выставили взашей. Но и на улице, на знаменитом перекрестке известных всему миру Уолл- и Брод-стрит, они продолжали смеяться. Взявшись за руки, они образовали круг и принялись танцевать (на УОЛЛ-СТРИТЕ!) и петь немудреные куплеты:

Настала деньгам смерть, смерть, смерть! Настала деньгам смерть, смерть, смерть! Свобода! Свобода! Свобода!

При этом они, говорят, выделывали непочтительные па.

Их, конечно, разогнала полиция…

* * *

Как-то поздно вечером несколько сот хиппи собрались на улице Святого Марка в Нью-Йорке, неподалеку от того места, где она пересекается с мрачной и грязной Третьей авеню. Музыканты хиппи забрались на кузов небольшого грузовичка, настроили свои электрогитары. Певица, известная среди хиппи под именем Шейла — Богиня трущоб, с воодушевлением затянула песню:

О, найти бы дом мне Среди тех — бездомных. В парке люди свободны. Там деревья и отдых. Хиппи-братья вокруг. Там под деревом — друг.

И все, кто был на перекрестке, грянули припев:

Дом у нас под деревом, Свобода — под деревом. Денег нет — под деревом. Всё наше — под деревом. А всё, что не здесь, Просто — болезнь…