Десять лет без применения амнистии.
«Учитывая важность свершенных действий социально опасных… совершала кражу колосьев аржаных в количестве 2 кил…»
Лишение свободы на срок 10 лет.
Накладная № 16. 10. IV. ЗЗ от милиции отобранный краденый хлеб на склад колхоза:
Ржи 0/32 кг.
Пшеницы 0/67 кг.
Просо 0/66 кг.
Всего 1/66 кг.
Лишение свободы на срок 10 лет.
Березенева… Авдеева… Барсуков… 19 лет… 23 года… 60 лет…
Сиротинский нарсуд… Даниловский нарсуд… Березовский нарсуд… Нижне-Волжская Уголовная Кассационная Коллегия.
Денисова… Белоножкины… Ситкин… Семья семь душ… Семья четыре души… Семья девять душ…
Крестьянские семьи… Дон, Поволжье – словом, Россия. Годы 1932–1933. Дела «колосковые».
За дровами
1
Мы еще спали, дозоревывая после вчерашней тяжелой дороги, когда мать пришла нас будить.
– Ребята, а ребята… – несмело сказала она. – Пора вставать. Люди уже на наряд пошли.
– Который час?
– Девятый.
И в самом деле, пора было подниматься. Управляющий мог уехать, и тогда день пропал.
Завтракать не стали. Побрились, умылись и пошли.
День вставал серый, ненастный. Время подступало к девяти, а только-только развиднелось, и утренние синие сумерки таились еще по забазьям.
Управляющий был на месте, сидел за столом, накручивал телефон: «Але, але…» Круг него, ближе и дальше, зоотехник, механик, словом, помощный люд. Управляющий накручивал телефон, а заодно втолковывал стоящему подле него парню:
– У вас вторая тележка есть. Почему не используете?
– Там колесо надо менять.
– Ну и меняй.
– Надо помощника. Выделяйте.
– Едрит твою… – даже не рассердился, а восхитился управляющий. – Вас там пять лбов – и вам еще помощника!
– Другие дела есть. Скотину кормим.