Обвиняемая Шестопалова П. С., 32 лет, вдовая, на иждивении 3 ребенка от 5 до 9 лет, по соцположению раскулаченная в 1930, имущества нет – изъято:

«Не признаю себя виновной в посылке своих детей с целью стрижки колосьев. Они пошли купаться, а потом пошли рвать колоски. Я не знала. Они ушли самовольно».

Из обвинительного заключения:

«…Организовала своих родных детей возрастом от 6 до 9 лет… с целью хищения колосьев в количестве 5 кг… чем самым совершила преступление, кое предусмотрено постановлением Правительства ЦИК СНК от 7/VII—33 года».

Приговор именем Российской Социалистической Республики:

«Обвиняемая послала своих детей на совхозное поле производить обмолот и дети выполнили приказание и намолотили по 5 кг, каковые были задержаны на месте преступления» (а в показаниях было: 5 кг – на всех. Теперь же “по 5”).

Приговорить Шестопалову П. С. к лишению свободы сроком на 10 лет.

Определение суда:

«Обвиняемая Шестопалова осуждена на 10 лет и после ее осталось трое детей малолетних, ввиду того что они остались беспризорные… послать в комиссию несовершеннолетних для определения таковых.

Нарсудья.

Нарзаседатели».

Из кассационной жалобы:

«…Я своих детей на поля не посылала а ходили в сад за яблоками. Но какими путями они попали, это прямо они по своей глупости, дети совершенно малолетние. От детей своих не отказываюсь… Суд указывает, что дети набрали по 5 кг каждый. Я в корне то опровергаю что дети одному 4 года, второму 6 лет и З-му 9 лет этого никогда не наберут…

Если уж судили бы меня за то, что я жена кулака… Мужа осудили на три года, где и погиб… Я с малыми детьми осталась. Меня выселили на кулацкую точку, где я перезимовала и от голоду я с точки ушла, договорилась с комендантом… для спасения малых детей ушла на свой хутор, где занималась огородом. Я несудима. К Советской власти я была лояльна… прошу крайсуда снизить меру наказания дать воспитать мне детей, которые остались без призрения».