Вот он после девяти лет военной службы оказывается в родном доме. «„И мое милы маменька выходит из задня дверью. Я сейчас узнал его. „Вы знаете наша Karl“, он сказал, посмотрел на мене и, весь бледны, за… дро… жал!.. „Да, я видел его“, - я сказал и не смел поднять глаз на нее; сердце у меня пригнуть хотело. „Karl мой жив! - Сказала маменька. - Слава Богу! Где он, мой милый Karl?..“ - и он заплакал… Я не мог терпейть… „Маменька! - я сказал, - я ваш Карл!“ И он упал мне на рука… “

Карл Иваныч закрыл глаза, и губы его задрожали».

2

Но уж что точно надо прочитать пораньше, лет в 10-12, потому что позже такого сильного впечатления может уже и не быть, - это рассказ Л. Толстого «Кавказский пленник».

Само его начало стало уже частью нашей культуры - столько поколений читали его, порою вслух, «с выражением»: «Служил на Кавказе офицером один барин. Звали его Жилин».

Толстой и сам четыре года служил на Кавказе, во время нескончаемой Кавказской войны, которую вела Россия, пока не подчинила наконец Северный Кавказ.

В рассказе всех горцев называют «татарами», хотя татар на Кавказе и не было - просто тогдашние «простые» люди (а Толстой пишет как будто не от себя, а от лица простого и даже простоватого участника этой войны) знали в России только одних мусульман - татар. Ну и всех других мусульман - аварцев, чеченцев - «записывали» в татары.

«На Кавказе тогда война была. По дорогам ни днем, ни ночью не было проезда. Чуть кто из русских отъедет или отойдет от крепости, татары или убьют, или уведут в горы». И дальше - история пленения двух русских офицеров, Жилина и Костылина, и их неудачных побегов. И вот пленники ждут денег из дому - «татары» обещали их за выкуп выпустить. Вернее, Костылин ждет, а Жилин нет - он нарочно послал письмо с неверным адресом, потому что точно знает, что у его матери денег нет.

И «татары» под пером Толстого оказываются все разными. Один относится к пленникам неплохо, а другой требует от него убить русских, а не держать их в ауле.