Жизнь и смерть, сон и явь — ступени на пути ищущего духа. Он проходит их шаг за шагом, обнаруживая во всем намеки и знаки, барахтаясь в темной пучине, неистово хватаясь за каждую новую надежду, которая загадочно ему улыбается. Чего ты ищешь, путник? Какие страсти бушуют в твоей груди? Как ты сдерживаешь свои порывы и желания? Почему заходишься от восторга, как несущийся всадник? Отчего проливаешь слезы как ребенок?

Ты наблюдаешь за буйным праздничным весельем. Ты видишь меч палача, занесенный над головами. Все прекрасное и ужасное начинают, благословясь именем Бога. Твоим сознанием завладели тени магической силы — образы матери, учителя, возлюбленной и стражника. Ветер времени унес их, но имена их увенчаны бессмертием.

Как бы далеко я ни находился от дома, моя привязанность к этому месту будет обостряться, пробуждая незабываемые воспоминания, и глубоко высекать на сердце имя Родины. Всю свою жизнь я буду скучать по разлитым в воздухе ароматам, по минаретам и куполам, по прелестному лицу, озаряющему улицу, по богачам, верным власти как псы, по босым беднякам, по песням блаженных, по струнным мелодиям, по гарцующим скакунам, по деревьям и вьюнкам, по плачу горлицы, по воркованию голубок.

Моя красавица-мать, качая головой, обращается ко мне со словами:

— В этот день ты родился.

— Это в первую очередь твой день! — радостно отвечаю я. Мой отец Мухаммед аль-Инаби был весьма богатым торговцем зерном. Семеро его сыновей от первого брака стали успешными купцами. Он прожил до восьмидесяти лет, сохранив отменное здоровье. В восемьдесят встретил мою прекрасную мать, семнадцатилетнюю Фаттуму аль-Азхари — последнюю ягодку на грозди детей мясника Катаифа аль-Азхари. Она покорила сердце отца, и он взял ее в жены. Жили они в просторном доме. Отец приобрел дом на ее имя, что вызвало возмущение его прежней семьи. Мои братья посчитали этот брак незаконным, назвали его грязной сделкой и пошли искать управу на отца у судьи и знатных купцов. Однако отец, совершенно потеряв от любви рассудок, настоял на своем. По его разумению, он имел на это бесспорное право. А что касается разницы в возрасте, то это всего лишь предрассудок ограниченных людей. Отец же пил из источника своего счастья, и сердце его было спокойно.