— Это твой отец? — спросил я, указывая наружу.

— Да.

— Что за отношения сейчас между нами?

— Отец увидел, что я тебе понравилась, и привел тебя ко мне.

— Здесь так принято?

— Да.

— А что будет потом?

— Не знаю. А зачем ты прикрываешь повязкой тело?

Она с отвращением сдернула ее с меня. Мы стояли, разглядывая друг друга. И тут я опустился на колени, отбросив все тревоги, и прижался грудью к ее ногам.

В полдень ее отец сказал мне:

— Пригласи нас на обед.

Я ушел и вернулся с мясом и фруктами. Мы пообедали как настоящая семья. После короткого отдыха старик произнес:

— Ступай себе с миром.

— Мне прийти завтра? — обеспокоенно спросил я.

— Это ваше дело, — ответил он безразлично.

Я вернулся в гостиницу, потеряв рассудок и сердце. Аруса затмила для меня весь белый свет. Я попросил Фама объяснить мне случившееся, и тот сказал:

— Здесь мужчина и женщина ничем не связаны. Если юноша приглянется девушке, то она пригласит его на виду у родни. А когда пожелает, то избавится от него, неся в своем чреве его семя, которое отныне принадлежит ей.

Его слова мне были ненавистны до глубины души. Однако Фам прервал мои мысли:

— Вечером мы идем к жрецу луны. Он тебя ждет.

Мой энтузиазм по поводу встречи немного охладел. Но я заставил себя пойти, чтобы хроника моего путешествия была полной. Вечером Фам проводил меня до шатра жреца, стоящего на пустыре. Жрец сидел на коленях на шкуре перед входом. Он внимательно посмотрел на меня.

— Садись, — сказал он. — Добро пожаловать.

Когда Фам оставил нас, жрец произнес:

— Фам сообщил мне, что тебя зовут Кандиль Мухаммед аль-Инаби и что ты из страны ислама, верно?

— Да, это так.

Сверля глазами мне грудь, он сказал:

— Наверняка, как и всякий иноземный путешественник, ты пришел за знаниями!