И еще.
Когда, нафаршированный записями, копиями документов, картами Мирового океана с пометками развития тех событий, Сергей Александрович Мартов по небу возвращался из своего кругового турне, то из девяти часов полета, положенных на перелет Нью-Йорк — Гамбург, последние три часа он проспал. И перед самой посадкой ему приснился странный сон.
Он увидел, как по большой профессиональной морской штурманской карте, пересекая ровную черную сетку параллелей и меридианов, движется игрушечный белый теплоход. И откуда-то Сергей Александрович знает, что это и есть «Федор Достоевский»...
Мало того, ему известно, что он, сценарист Мартов С.А., вопреки решению Ленинградского обкома Коммунистической партии тоже находится там — на этом теплоходе! Тем забавнее ему со стороны наблюдать, как по бумажной карте, поверх обозначения всех глубин и широт, лавируя между нарисованными островками, продвигается белый теплоход с ним, с Мартовым, на борту!..
И ах как страшно было увидеть, когда вдруг неожиданно этот теплоход начинает запутываться в напечатанной на бумаге сетке... Бывшие прямые линии, строго оттиснутые на большой морской карте, словно гигантские змеи опутывают небольшой белый пароходик и беспощадно тянут его куда-то вниз — под карту, под карту!..
Пробудился Мартов испуганный, мокрый от пота, с гулко и часто стучащим сердцем. К счастью, стюардессы разносили на подносах горячие салфетки, пропитанные пахучей парикмахерско-освежающей жидкостью. Мартов вытер этой салфеткой лицо и шею и стал постепенно приходить в себя.