Ну не могли братья-писатели уразуметь, что написание киносценария и сочинение романа — понятия абсолютно разные. Хотя и то и другое делается так называемыми литераторами. Это примерно то же самое, если попросить проктолога сделать офтальмологическую операцию — сменить в глазу помутневший хрусталик или снять катаракту. Вряд ли проктолог на это согласится. Если он, конечно, не полный идиот. А казалось бы — и тот врач, и этот...

Не могли они понять, что кино в то время приносило от восьмисот до тысячи двухсот процентов прибыли от затраченных на него средств. А посему гонорар автору сценария — жалкая капля в океане тех денег, которые потом киносценарист принесет в советскую казну своим тоненьким сочиненьицем в семьдесят пять страничек! Даже если картина в итоге окажется полным дерьмом...

— Слушай, Серега... А откуда у тебя такая редкая для русского человека фамилия — Мартов? — уже в столовой спросил Петя Каретников. — Не от тех Мартовых, ну... который... «левое крыло меньшевиков» и так далее? Или Мартов — твой псевдоним?

— Ты хочешь узнать — не еврей ли я? — ухмыльнулся Мартов.

— Да ну перестань!.. Как ты мог подумать?!

— Мартов действительно псевдоним. Только не мой, а того меньшевика, ярого противника Великой Октябрьской и «красного террора» — Юлия Осиповича Цедербаума. Это ты знал?

— Естественно! — Петя был хорошо образованным членом партии с интеллигентными предками.

— Ну конечно! Чего это я спрашиваю?.. — рассмеялся Мартов. — Так вот, помер он, бедняга, где то за бугром в двадцать третьем... А мы, Петро, Мартовы исконно-посконные. Дед по отцу — протоиерей был, настоятель храма в Рыбинске. За что его с колоколенки и спихнули в девятнадцатом. Мамочка покойная — ярославско-купеческих кровей... А у тебя какие-то претензии к иноверцам?