— Я знаю, — кивнул Эррес. — Но думаю, мне лучше поехать домой.

— Еще по стаканчику?

— Пожалуй, нет. — Эррес уже повернулся, чтобы уйти. — Завтра позвоню. — Он остановился и полез в карман за бумажником. — Счет…

— Да ладно, — махнул рукой Арчер.

— Спасибо. — Эррес, забрав пальто и шляпу, вышел из бара. Арчер несколько секунд смотрел ему вслед, потом попросил счет. Четыре доллара, а с чаевыми почти пять. Расплачиваясь, он почувствовал укол совести. «Когда-нибудь, — подумал он, наверное, уже в сотый раз, — я подсчитаю, сколько денег оставляю в барах за месяц. Наверное, приду в ужас. Мы живем для того, чтобы поддерживать производителей шотландского. Да еще три сотни Бурку, который сейчас сидит, уставившись в стакан с виски двенадцатилетней выдержки. Отсюда и дрожь, которую я испытываю каждый месяц, получая конверт с банковским балансом».

Арчер взял пальто, жалея о том, что приходится давать гардеробщице четвертак, и вышел на улицу. Надо бы поехать домой на подземке, подумал он, стоя на холодном ветру. С одной стороны, хотелось перейти в режим экономии, с другой — он чертовски устал. Усталость победила, и Арчер огляделся в поисках такси.

И тут услышал, что его зовут.

— Клемент… Клемент… — О'Нил в мешковатом пальто спешил к нему. — Подожди.

— Ты вроде бы собирался на вечеринку, — сказал Арчер, когда О'Нил подошел ближе.

— Мне надо поговорить с тобой.

— Мы же договорились встретиться завтра, — напомнил ему Арчер. — В половине двенадцатого.

— Я только что виделся с Хаттом и спонсором, — ответил О'Нил, — и поговорить нам надо сегодня. — Он оглядел темную улицу, на которой выделялись лишь светящиеся вывески баров и ресторанов. — Куда мы сможем пойти?