– Чьих гробов?

– Ваших, товарищ командир, с заместителем, остальных же в провизионку кладут!

Возникает дикий хохот. Смеются все, в том числе и командир.

– О господи! Прости мою душу грешную! – говорит он, успокоившись, и смотрит печально.

– Сова!

– Я!

– Вы слышали, чего нам всем на самом деле не хватает?

– Слышал.

– И организуйте лейтенанту прием зачетов по лвд.

– Уже договорились!

– Анатолий Иванович! (Старпому.)

– Я, товарищ, командир!

– Это пультовики веселятся!

– Понял, товарищ командир.

– Владимир Владимирович! (Командиру БЧ-5.)

– Я, товарищ командир.

– Мне кажется, вы знаете, что надо предпринять.

– Вот уж действительно, не хватает только гробов! (Командир.)

На следующий день началось: все звонили на корабль командиру и спрашивали, выдали ли Сове спирт.

Командира извели всего. Издергали. Последним позвонил крановщик (гражданский, то есть не военный человек).

– Это крановщик!

– Да! Что вы хотели?

– Хотел с командиром поговорить!

(Командир у телефона, он только что говорил с флагманским флотилии по поводу спирта для Совы.)

Командир обреченно:

– Ну? Говорите!

– Это командир?

– Да!

– Вы не знаете, дали Сове шило или нет?

И такой отборный мат в ответ! Командира понесло, не остановить, наконец выдохся весь.

В трубке молчание, потом смущенное:

– Ну так бы и сказали!

На ракетной палубе совещание. Сова, Кашкин, Робертсон.

Сова:

– Купили?

Кашкин:

– Да!

– Давайте сюда.

Кашкин достает из портфеля литровую бутылку вермута. Перед Совой ведро с водой, ветошь.

(Сова посылал Кашкина в поселок, в магазин за бутылкой.)

– Учитесь, лейтенанты, пока я жив, как надо спирт из начальства добывать! – говорит Сова офицерам, откупоривает бутылку и выливает всю ее в ведро. Пустая бутылка прячется назад в портфель.