Старпом на пирсе, он вникает во все, он всюду, он везде.

– Владимир Владимирович! – обращается он к командиру БЧ-5, перекрикивая визг машинки ТПУ. – Что у нас с маслом?

– Люди уже пошли. Сейчас прикатят бочку.

– Хватит?

– Должно!

Старпом отвлекается на матроса Куквнна – тот скатывает шланг для приема воды:

– Куквин!

– Я, тащ-ка!

– Вы способны меня потрясти! Вы потрясете меня когда-нибудь, Куквин! У вас нет, случайно, консерваторского образования? А? Но вы же скатываете шланги, как композитор!

Помощник вертится тут же: привезли дополнительные продукты – свежее мясо, и теперь он ловит матросов и заставляет их спускать мясо внутрь лодки. Мясо мороженое. На коровьей ляжке штамп «1972». Это год закладки в морозильник. Матрос Патрикеев берется за тушу с матросом Алиевым.

– Слышь, Алиич, – говорит он. – а я тоже с 1972 года. Так что ровесника жрать будем!

– Отставить разговоры! – это помощник. – Где еще народ? Вы ж вдвоем его не поднимете!

– Поднимем!

– Поднимем и за борт сбросим? Так, что ли? Нет! Опустили аккуратно! Сейчас будут еще люди.

– Тащ-ка! – Патрикеев обращается к помощнику.

– Ну?

– А когда нас накормят?

– Своевременно или несколько позже.

В это время мимо них – цок, цок, цок каблучками – на пирс, не обращая ни на кого внимания, входит стройная девушка. Даже машинка ТПУ перестала визжать – все смотрят на нее. Она подходит к верхнему вахтенному и говорит:

– Доложите в центральный: прибыл специалист в БЧ-4, к радистам.

Вахтенный, матрос Гамзатов, вызывает по «каштану» (переговорное устройство) центральный пост:

– Цэнтралны!

– Есть центральный!

– Пррры-шол дэвишка. Хочит радыстов!

– Я не девушка! – говорит девица. – Я – гражданский специалист! Мне надо к радистам!

Гамзатов невозмутим:

– Цэнтралны! Она не дэвишка! Она хочет радыстов!

Капитан-лейтенант Поляков, наблюдая издалека эту картину, говорит Робертсону, стоящему рядом: