– Они скажут, что ты этот ящик свистнул, философ!

– Тащ-ка! Я потом все отдам!

– Сейчас!

– Ну, может, потом?

– Не может!

– Эх… – Дима огорчен, ящик уплывает обратно в отсек.

– На чем мы остановились? – спрашивает Рустамзаде Робертсона.

В это время открывается дверь, и в ЦДП появляется корабельный врач – майор Демин Михаил Сергеевич.

– Так, Эдуард! – обращается он к начхиму. – Завтра с утра всем сдать анализ мочи в спецполиклинике! Это кто с тобой? Новый лейтенант? Робинзон?

– Я Робертсон.

– Ну, это все равно. Медкнижку ко мне занесешь и завтра тоже на анализы! Встали утром, не писаем, бежим в спецполиклинику, там в гальюне будет стоять тележка, а на ней – баночки. Писаем в баночку и пишем на бумажке свою фамилию и только после этого идем на завтрак! Врач исчезает.

– Слушай, – говорит начхим Робертсону, – забыл спросить: а ты где остановился?

– Нигде. Я сразу на лодку из дивизии пришел.

– Не женат?

– Нет.

– Значит, тебе, как и мне, на ПКЗ каюту дадут, а пока в моей переночуешь. Второй ярус все равно не занят.

– Спасибо.

– «Спасибо» не отделаешься. Водка, пьянство, женщины, разврат.

– Так я же не пью!

– А кто пьет?

В это время в ЦДП входит старпом.

– Анатолий Иванович! – обращается к нему начхим. – Я на эту ночь приютю лейтенанта?

– Приютю! Значит так, Пейрузович, ты занятие с ним по ПДУ и ИИ провел?

– Так точно!

– Тогда зачет, приказ о допуске не забудь. И завтра анализы.

– Доктор уже говорил.

– А потом стрельбы из автомата организуешь!

– Анатолий Иванович! Опять я? Целая БЧ-2 же есть! Вот и лейтенант у них появился! Ну при чем здесь я?

– При том! У Совы регламент. Вся БЧ-2 задействована, а у нас в этом году горит отстрел личного состава. Проведешь. Исмотри, чтоб оцепление никто не перестрелял. Доложишь. Кстати, и я схожу постреляю. Робертсон! А вы почему до сих пор здесь? Вас там Сова с собаками ищет! Бегом! Ему надо показать вам, как бумаги на работы подписывать у начальства.