— Да все будет в порядке, мамочка.

И вот наконец они отпустили ее и беспомощно наблюдали за тем, как она встала в хвост длинной очереди, по дюйму продвигавшейся вперед. Теперь Блэр была далеко от них, далеко от дома, безопасного уютного мирка и всего, что она знала. Протягивая дежурной документы на посадку, Блэр последний раз обернулась и улыбнулась родителям.

— Ну ладно, — сказал Лютер. — Хватит тут торчать. Ничего с ней не случится.

Нора не нашлась что ответить, лишь проводила взглядом свою девочку. И вот пара двинулась к выходу через гудевший зал, через толпы, мимо Санта-Клауса с его надоедливым колокольчиком, мимо небольших кафе, где тоже было полно народу.

Они выбрались из здания аэровокзала. На улице шел дождь, и они покорно встали в длинную очередь на автобус, который должен был довезти их до автостоянки. Когда их высадили ярдах в двухстах от машины, дождь разошелся уже не на шутку — лило как из ведра. Лютеру пришлось заплатить семь долларов, чтобы выкупить свою машину из плена алчных аэропортовских властей.

Они ехали к городу, и тут наконец Нора заговорила:

— Как думаешь, с ней и правда все будет в порядке?

Он так часто слышал этот вопрос последнее время, что ответил, почти не задумываясь:

— Конечно.

— Ты действительно так считаешь?

— Ясное дело. — Так он думал или нет, значения сейчас не имело. Дочь улетела, остановить ее они уже не в силах.

Он держал руль обеими руками и мысленно чертыхался при виде плотного потока машин впереди. Ему даже не было дела до того, плачет жена или нет. Лютеру хотелось одного: как можно быстрее добраться до дома, сесть у камина и погрузиться в чтение журнала.

Они находились уже в двух милях от дома, когда Нора вдруг заявила:

— Мне нужно кое-что купить.

— Дождь на улице, — заметил он.

— И все равно надо.

Неужели с этим никак нельзя подождать?