О, мы вернули ей прежний, неотразимый облик! Никаких кричащих тонов, только темные. Мы щекотали ей кожу кисточками и восстановили ее оригинальную расцветку. Мы наложили аккуратные швы на ее старые раны, и она стала как новенькая.

За неделю мы вновь заставили ее сиять, а еще через десяток выходных она была наша, полностью наша. Мы ласкали и лелеяли ее как хотели. Это был настоящий второй медовый месяц! Наши «свадебные» костюмы пришлось радикально перешить, но в конце концов у нас у всех вновь появилась форма.

Хорошо, что ушлый фотограф «Лайф» не видел, как мы в первый раз выходили из старого сарая, который переоборудовали в раздевалку, одетые в старую розово-зеленую форму ВВС США. Скрипя кожей и сверкая медью, мы с глуповато-восторженными лицами отдавали друг другу честь, хватали парашюты, висящие возле ангара под бирками с нашими именами, и вбегали в ангар, где царила кромешная тьма. Прямо как в Англии. Только тогда мы знали, что наверху сидит Джерри и высматривает цель.

— Все готовы? — спросил Малыш Синквич, когда дверь ангара захлопнулась.

Мы утвердительно рявкнули в ответ. В пустом ангаре наши голоса звучали очень зычно.

— Отлично, — сказал Малыш. — Давай!

Верн повернул рубильник, и по всему ангару вспыхнули яркие лампы. О господи, мы вновь на полосе и ждем взлета!

— Красота, — вздохнул кто-то. — Красотища!

В точно таком же порядке, как и тогда, в 1944-м, мы залезли на борт Леди-Дракон, чтобы вновь отпраздновать нашу первую брачную ночь. Чтобы доказать свою любовь, мы принесли ей подарки... те самые маленькие обломки и детальки, которые много лет назад унесли в качестве сувениров — а может быть, талисманов? Мы вернули их ей... и провели незабываемую ночь.

Но это было лишь начало. Такую красотку, как наша Леди, просто невозможно долго держать взаперти. Мужчина не может не хвастаться, а за слова приходится отвечать.