Он мне сказал, что твой отец продал какую-то квартиру родственников где-то в провинции, чтобы собрать тебе денег на московский бизнес. Или это уже не ты, и я что-то путаю? А ты где-то занял? Сколько? Десять тысяч, пятьдесят или сто?.. И опять я не помню, сколько это было в тогдашних ценах: много, мало, очень много?
И что главное: эти, чужие, последние, занятые деньги ты сейчас просираешь, шикуешь, бросаешь на ветер в огромной, чужой, пыльной, мчащейся, равнодушной Москве.
- Почему “просираешь”, почему “выбрасываешь на ветер”?
- Потому что, потому что!.. - делая большие и несчастные глаза, горячо говорил твой компаньон и телохранитель, а также владелец первого в вашем городе ларька, Зураб, - ты посуди сам, Серый, в два часа дня встали, опять встали в два, ладно, включили телевизор, я пошел в магазин, купил еды, он смотрит телевизор, еще не умывался, спрашивает: пепси-колу купил? Я говорю, пепси-кола, дорогой, стоит слишком дорого, я купил лимонад… Он вскочил, сумку схватил, выбросил в окно, кидается на меня с кулаками, кричит: я же просил тебя купить пепси-колу! я же просил!.. Устроил настоящую истерику - покупай ему пепси-колу… Я боялся - сумка упала кому-нибудь на голову, не дай Бог, какие неприятности будут… Обошлось, упала на асфальт, осколки, вода, только соседка раскричалась, грозила вызвать милицию…
Вам, москвичам, трудно его понять, подумаешь - пепси-кола, а у нас же ничего этого нет, война…
Говорит Зураб. Я ему предлагал - дорогой, давай купим билет, я возьму в каждую руку по коробке сигарет, сяду в самолет, отвезу, продам, вернусь обратно с мандаринами, не пустым же ехать, продам здесь, чистый навар с одного рейса 1400 рублей* - что, плохо?
Он говорит: нет, теперь так не работают, теперь надо по-другому. Я говорю: как по-другому? Он говорит: скоро увидишь.
А сам вечером поехал в казино “Ленинградское”, у трех вокзалов, вернулся утром бледный, как смерть, руки трясутся, говорит: Зура, я проигрался, я думаю: сейчас я его убью, сколько?! Он говорит: 900 рублей, столько мы заплатили за квартиру за месяц…