От жены он узнал, что его разыскивают, что мать его арестовали и вместе с Павловым повезли в Черкасск. Желая оправдать себя перед войсковым начальством и выручить из-под ареста мать, Пугачёв «тот же день» поехал в Черкасск. Он опередил арестованных и явился в войсковую канцелярию, где и предъявил паспорт войсковому дъяку Колпакову. Всё, казалось, было хорошо, но уже на второй день в Черкасск привезли мать Пугачёва и Павлова. Пугачёв вынужден был тайно уехать из Черкасска в Зимовейскую. И был арестован.

Через две ночи ему удалось бежать. Двое суток он «лежал в камышах и болотах». На третий день (невероятно!) пришёл в дом свой и прожил здесь почти до конца года. «В доме же его не сыскивали, — объясняет он в протоколе, — что не могли старшины думать, чтоб, наделав столько побегов, осмелился жить в доме же своём». В конце декабря 1771 года Пугачёв оседлал лошадь и уехал на Терек, сказав своей жене, что «коли ево тамо примут, то он за нею приедет». Мать Пугачёва умерла в тюрьме города Черкасска в следующем 1772 году.

Вот так началась эпопея беглого казака Пугачёва. А что он, собственно говоря, сделал плохого? Десять лет тянул службу, воевал, заболел, хотел уйти в отставку, не пустили. Поговорил с зятем, что хорошо бы сбежать от власти на Терек? Уйти в глухие, далёкие места, где местная административная власть была слаба, или её вовсе не было. Туда же от преследований уходили и раскольники, и бежали от помещиков самые отчаянные крепостные. Интересно, что за сто лет до этого, во времена первых Романовых, глухие и далёкие места ещё находились в верховьях Дона в Белгородской и Воронежской областях. Восстание во главе со Степаном Разиным началось с того, что царские воеводы наезжали в казачьи крепостцы, пограничные городки на Дону, отлавливать беглых, а там большинство были беглые.