Люди пересекают луг, закуривают сигареты, подходят к мертвецу. Хотят непременно посмотреть на него. В таких случаях люди бывают очень любопытными.

— Не приближайтесь, — приказывает один из полицейских.

И главное, помолчите, не мешайте работать.

Между тем люди беспрестанно болтают, говорят один другому: нет, ты ошибаешься, на место преступления возвращается не убитый, а убийца. Нет, он без очков, но такое впечатление, словно они у него есть, у него нашли пачку французских сигарет, никто не знает, как его зовут, был бы он жив, он бы устыдился, что умер так бесславно, его одежду сожгут, но хотел бы я знать, что сделают с часами и с очками, отпечатки мертвых пальцев никому не нужны.

Карабинеры лучше полиции, но говорят, что когда расследуют преступление, полиция лучше карабинеров. Люди видели, как по лугу проехал человек на черном велосипеде. А может, это была собака? Черная собака? Нет, и по очертаниям это был человек, а не собака, ночью разница между человеком и собакой совсем невелика, да кстати — и между собакой и человеком, но вот мух надо было бы отогнать.

Некоторые не переносят вида крови, как своей, так и чужой; говорят, что борода растет и после смерти, и волосы тоже, и ногти, в Египте все мертвецы превращаются в мумии из-за сухого воздуха и песчаной почвы, у многих мертвецов вдруг лопаются глаза, я впервые вижу настоящего мертвеца, нужно увести с луга хотя бы детей и велосипеды.

Умирают все по-разному: вчера он еще шагал пешком на собственных ногах, а теперь он — ничто и завтра будет меньше чем ничто; некоторые животные издали чуют запах крови, я и не знал, что у крови есть запах; одна женщина притворяется, будто плачет от жалости, не надо ее трогать, этот мертвец — сущий пустяк, всего лишь оптический эффект, он нам просто мерещится в жару.

Можно немного и пошуметь перед вечной тишиной, да нет — не тишиной, а вечным хладом; надо бы спросить у священника. Так ведь священнику известно об этом не больше, чем нам: кто его знает, есть ли на самом деле вечность, не стоит строить особых иллюзий насчет смерти, мы и над ней можем слегка пошутить.