Кемаль. Ну, это уж ваша проблема. Никто вас не вынуждает мчаться в Таиланд. Сидите дома, и вы сэкономите большую сумму.
Петер. Вот что, я в твоих советах не нуждаюсь. Если завтра не получу с вас денег — считайте, что на следующий год я не продлю с вами контракт.
Кемаль. Кто же тогда пойдет жить на этот чердак? Вы?
Петер. Зачем? Кругом полно любителей жить на чердаках — ваши же братья, турки. Квартира этажом ниже им не по карману. Так что передай своим землякам мое распоряжение.
6. Интерьер.
Чердак в доме Петера.
(Вечер)
На чердаке, как в казарме, стоят рядами железные койки. На веревках сушится белье. На большой плите исходят паром чайники.
Турки заняты каждый своим делом. Одни, раздевшись по пояс, умываются, другие — пишут письма, третьи — латают одежду. Заунывная восточная песня, исполняемая женским голосом, течет из магнитофона.
Кемаль, голый по пояс, ходит от койки к койке с шапкой в руке, и каждый турок бросает в шапку деньги.
Первый турок (негромко посыпает проклятие в адрес хозяина). Чтоб он потерял все до последнего пфенинга в этом Таиланде!
Второй турок. Хорошо, если бы какая-нибудь из этих сиамских кошечек откусила ему под корень!
Третий турок. Чтоб его поразила импотенция там, в Таиланде, и все его денежки пропадут зря!
Четвертый турок. Недешевое удовольствие… «рай для мужчин»… даже хозяину приходится денег занимать.
Пятый турок. Скажу я вам, братцы, нам даже и мечтать не приходится о чем-нибудь таком.
Кемаль. Почему? Чем мы хуже этих немцев? Или у нас короче?
Пятый турок. Наши карманы короче… И с дыркой. Вот что.
Кемаль. Это несправедливо. Куда смотрит Аллах?