Первая вспышка излучения Андара была неожиданной. Она застигла врасплох и нас, и Канопус. Мы зорко следили за Роандой с тех пор, как закончилась война, которая положила конец нашей вражде. Изменившаяся ситуация заставила нас наблюдать за ней с удвоенным вниманием. Излучение мгновенно уничтожило несколько видов живых организмов и ускорило эволюцию. Условия на планете оставались удручающими — она по-прежнему была сырой, болотистой, туманной, однако новые виды появлялись один за другим, а существующие стремительно развивались. Не прошло и миллиона Р-лет, как на Роанде, помимо рыб и рептилий, уже обитали летающие животные и насекомые, неизвестные ранее. Повсюду кипела жизнь. Вскоре стало понятно, что грядет эпоха исполинов. В первую очередь это касалось ящериц: они были весьма разнообразны и теперь достигали размеров, в сотни раз больших, чем их предки в прошлом. Растительность стала буйной, а сами растения — огромными. Землю и воду заселили гигантские животные самых разных видов.

В этот период мы время от времени совещались с Канопусом, когда обе стороны считали это необходимым. Иногда инициатором таких переговоров выступал Канопус, иногда мы сами.

Мы всегда снабжали Канопус отчетами о том, чем занимаемся на этой планете, однако тогда он не слишком интересовался нашими исследованиями. К этому чрезвычайно важному моменту я вернусь позже. Канопус тоже исправно снабжал нас отчетами, но мы изучали их не особенно прилежно. Далее станет понятно, что это тоже весьма важное обстоятельство.

Во время второго периода Канопус создал на Роанде наблюдательный пункт. Мы продолжали проводить здесь свои эксперименты, но все они были связаны с бурным развитием видов, а поскольку эта планета в избытке поставляла нам материалы для наблюдений, мы почти не вмешивались в происходящее. Наши ученые не любили это место. Некогда наша Планета 13 отличалась таким же сырым климатом и атмосферой, наполненной ядовитыми испарениями, о чем у нас уже было собрано достаточно данных.