В той провинции, где он теперь жил, мало кто знал его подноготную. Сам он, естественно, о ней не расска­зывал, но некоторые все же знали и спрашивали:

— Это что, снова «три с минусом» вылез?

— Да, «три с минусом»! — гордо отвечал Чжуан, услышав оскорбительные разговоры.— Но что означают эти «три с минусом»? Сплошную несправедливость! А нынешняя кампания нацелена как раз на то, чтобы восстановить справедливость...

При этом он так бранился и распалял себя, что иногда даже плакал.

Через некоторое время цветы перестали расцветать и началась борьба против правых элементов. Многим людям, шумевшим слишком громко и вскрывавшим общественные пороки, «надели шапку правых». Почувствовав, будто он идет по тонкому льду через огромную реку, Чжуан долго бродил с печальным лицом и вскло­коченными волосами, уголки его глаз покрылись таким количеством морщин, что стали еще больше напоминать рыбьи хвосты. Но если вы думаете, что наш крупный писатель сломился, то вы недооценили его стойкий характер. Чжуан обладал исключительной способностью момент подъема безудержно нестись вперед, а в момеи упадка — сразу поджимать хвост. На первом же собра­нии, посвященном критике правых элементов, он нача с гневом ругать правых, бить себя кулаком в грудь срывающимся голосом кричать:

— Я виноват! Мою вину невозможно измерить. Она велика, как небо! Если родная партия и героиче­ский народ помилуют меня, я готов выступить против всех правых на свете...

Он снова заплакал, и слушатели вспомнили, что мужчины не так легко исторгнуть слезы.