Он долго не отвечал на письмо, а потом, приняв очередную партию литераторов, прислал Чжуан Чжуну отказ, причем на работу, да еще с приложением его письма. Начальник Чжуана в ярости заявил, что это не его подпись, и с тех пор несчастный Чжуан навсегда потерял надежду вступить в Союз. Вспоминая об этой эпопее, он каждый раз оскорбленно восклицал: «Подумаешь, Союз писате­лей! Как будто я не могу быть крупным писателем и без членства в Союзе!» Конечно, Союз китайских писателей совершил большую ошибку, не приняв его, но Чжуану от этого не стало легче.

Все названные мною трудности омрачали жизнь Чжуана. Как писал в своих стихах Ли Бо, «когда рассекаешь воду мечом, // вода продолжает течь.// Когда поднимаешь чару с вином,// вино не рассеет грусть»

И судьба Чжуана подтверждает его правоту. Однажды он выпил лишнего и начал кричать на всю улицу: «Мать вашу... Я почти старый кадровый работник, почти служащий семнадцатого разряда, почти член Союза писателей, а вы...» Слюна дождем брызгала из его рта. Шатаясь, он брел к дому и непрестанно повторял одно и то же, а наутро, протрезвев, обна­ружил на своих воротах написанные углем «три с минусом», то есть «три с натяжкой».

Когда Чжуан разглядел эту цифру, он, глубоко оскорбленный, вернулся к себе в комнату, взял ручку и еще раз переписал некогда записанные им слова Ницше: «Я научу вас уважать сверхчеловека! Это море, кото­рое поглотит все исходящие от вас унижения».

ГЛАВА ВТОРАЯ.

Всего одна фотография показывает, каким стойким и несгибаемым должен быть настоящий герой

От ветров и дождей оскорбительная формула на воро­тах скоро стерлась, но беспощадные людские языки продолжали работать. Наш крупный писатель постоян­но слышал за спиной все те же крайне нелестные для него слова. Особенно неприятным было то, что когда его представляли незнакомым лицам как писателя, эти люДи не выражали к нему ни малейшего почтения.