— Дура! — в сердцах бросил Эдик уже в машине.

— А если бы тебя в Капотню на помощь услали бы, было бы лучше? — вступился за смазливую продавщицу Петрович, отличавшийся большой слабостью к женскому полу. — Да госпитализировать пришлось бы на другой край Москвы… а так — съездили, отметились и все в порядке. Время семь сорок пять, скоро — смене конец.

— Утром целый час никто не даст прохлаждаться на подстанции, — подтвердила Вера. — Непременно ушлют куда-нибудь…

— Да я разве против? — сник Эдик. — Я же понимаю…

Утренняя конференция, против ожидания, оказалась интересной.

Во-первых, тем, что на ней присутствовал сам Прыгунов, заведующий соседней, шестьдесят четвертой подстанцией, и, по совместительству, директор региональной зоны, иначе говоря — объединения из нескольких подстанций, расположенных бок о бок друг с другом. Да присутствовал не один, а вместе с Еленой Новицкой, своим старшим врачом, с которой Данилов когда-то не только вместе учился в Медицинском университете, бывшем втором «меде», но и крутил страстный роман, закончившийся тем, что Новицкая, тогда еще Морозова, к великой радости даниловской мамы, цепеневшей при мысли о возможной женитьбе «ее Володечки» на «алчной лимитчице», вышла замуж за другого.

Во-вторых, на конференции не было Тюленя, заведующего подстанцией Дениса Олеговича Тюленькова. Вчера утром он был вызван «на ковер» в Центр, к Сыроежкину, и с тех пор на подстанции не появлялся.

В-третьих, Лжедмитрий, сидевший по правую руку от Прыгунова, имел вид весьма унылый, хотя обычно в присутствии руководства он держался бодро и энергично.

— Что-то будет! — сказал в пространство врач с многообещающей фамилией Могила, усаживаясь на стул позади Данилова.