В те годы у неё в памяти постоянно вертелись какие-то стихи, которые, как ей казалось, были написаны прямо про неё:

И земля не моя,

И страна на моя,

Я - никто и нигде и ничья.

И эпоха и планета не мои,

Но вы тоже - никто и ничьи.

Я страшно устала,

ужасно устала -

Так долго жила

и так много видала.

Как жаль, нет привала

на нашем пути,

Где можно присесть,

если тяжко идти.

Где можно забыть,

простить, отдохнуть.

Но счастье, что смертью

кончается путь...

Счастливая, размеренная, сытая жизнь в прекрасной, может быть даже, самой красивой стране мира - Новой Зеландии - становилась всё тягостней и тягостней. Надо было что-то делать, ведь дальше так жить просто невозможно. И Дениз решила снова поехать в Швейцарию. Она прекрасно знала, что гонится за призраком, что такое случается лишь один раз в жизни, но у неё было ещё черное яйцо. Она несла ответственность за него. Надо хотя бы попробовать вернуть его на прежнее место. Оно должно жить там, в подвале, в лаборатории Жана Вассена. Она чувствовала, что здесь, в Веллингтоне, яйцу тоже очень плохо и оно страдает от ностальгии не меньше, чем она сама.

Летом 1968 года все швейцарские газеты несколько дней писали о том, что на пути между Альтдорфом и Беллинцоной вместе со своей машиной бесследно исчезла новозеландская туристка - молодая женщина из Веллингтона. Поиски не дали ничего. Самое странное, что в этот период в горах не было ни оползней, ни несчастных случаев на дорогах, ни ливней, ни обвалов...