А вот ей очень не хватало Огонька. И Джули, конечно.

А кто-нибудь когда-нибудь вообще спрашивал, что она сама думает по этому поводу? Разумеется, нет. Ей ведь исполнилось всего четырнадцать лет. Поэтому ее мнение остальным не интересно.

Ей сказали: «Найдешь себе новых подружек».

Как будто старые сразу перестали существовать.

Или еще: «Мы не можем себе позволить платить деньги за содержание Огонька, Ти-Джей. Может быть, через пару лет мы тебе купим новую лошадь».

Но новая лошадь никогда не будет тем самым Огоньком.

Значит, во всем виноват папа. Это из-за него пропали семейные деньги.

И еще мама. Это она согласилась на свою дурацкую работу, в результате чего им пришлось переехать в город. Теперь она ведет себя так, словно эти перемены должны положительно сказаться на всей семье.

И Дерек тоже виноват. Потому что ему нравится тут жить. Он ходит счастливый, как будто всегда мечтал о переезде.

Ти-Джей почувствовала, как слезы подступают к глазам. Это происходило всякий раз, стоило ей лишь вспомнить любимого красавца Огонька. Мама в таких случаях говорила: «Ты умеешь только жалеть себя вместо того, чтобы смело встретить сложности жизни и начать с ними бороться». Но причин жалеть себя у Ти-Джей накопилось предостаточно.

Царап-царап!

Этот звук насторожил девочку, отвлекая ее от грустных мыслей. Она вытерла слезы рукавом и уставилась на стену. Как жаль, что она не обладала рентгеновским зрением своего кота Оскара! Ведь именно сейчас ей показалось, что за стеной зазвучали настоящие человеческие голоса. Правда, на этот раз ей почему-то стало неинтересно слушать их. Она испытывала только усталость и раздражение. Вот почему Ти-Джей уже подняла руку и сжала кулак, готовясь постучаться в стену, как вдруг застыла…

В этот миг произошло нечто невероятное. Маленькая часть плинтуса открылась, словно крохотная дверца, и оттуда пролился лучик света. В этом «дверном проеме» появилась миниатюрная девочка, которая тут же оглянулась назад. В одной руке она держала рюкзачок и была одета в джинсовую курточку поверх футболки и коротенькую юбочку в красно-черную клетку, а обута в черные тупоносые туфли. Волосы ее сияли, как голубая неоновая вывеска. Такого цвета бывают молнии в грозовую ночь.