— Не может быть, чтобы я это ел!
Живот подвело, и Брант оказался на коленях перед унитазом. Проблевавшись и утерев слезы, он увидел, что он таки ел эту зелень. Зазвонил телефон, Брант заорал:
— Отвали!
Но телефон не послушался.
Брант схватил трубку.
— Чего надо? — прорычал он.
И услышал голос суперинтендента Брауна:
— Сержант Брант! Где, черт побери, вы пропадали?
— Помогал старшему инспектору, как было приказано, сэр.
— Немедленно двигайте кормой к Овалу.
— Сэр?
— Немедленно, сержант.
Клик.
Держа в руке мертвую трубку, Брант проговорил:
— Кормой?
_
Фоллз оделась так, чтобы произвести впечатление. Да, Портер Нэш голубой, и это не настоящее свидание — но ведь никогда не знаешь, куда может занести. Она надела белое платье и даже ахнула — такой она казалась в нем черной. Сказала:
— Bay, девушка, классно выглядишь.
Так оно и было.
Жемчужные серьги на винтах — для пущего эффекта; пусть клиенты поразятся, пусть задумаются.
Тут она спросила себя: а что скажет Рози? Ничего. Рози уже ничего не скажет. Это была ее лучшая подруга, тоже полицейский, но белая. Обдолбанный наркоман, зараженный СПИДом, укусил ее, и она покончила с собой. Фоллз снова окатила волна тоски.
Муж Рози, настоящая свинья, сказал по поводу организации похорон:
— Никакой полиции, большое спасибо. И тем более никаких вульгарных венков в форме шлемов.
«А пошел ты», — подумала тогда Фоллз. Сейчас она так же думает.
И она послала самый большой и самый броский венок, какой только сумела найти. В форме большого синего шлема. А сейчас она прошла к шкафу, достала бутылку виски и сказала:
— Самую малость, для настроения.