Приехали. Управляющий увидел зарезанных овец, затопал ногами:

— Так и есть, как я говорил! Теперь тебе век не расплатиться!

— Не туда вы смотрите, пан управляющий, в ту сторону поглядите. Там лежат тёплые шубы и для вас, и для главного управляющего, и для самого князя.

Повернул голову управляющий, да так и ахнул: двенадцать матёрых волков — один к одному и все, как один! Тут он и сменил гнев на милость.

— Как же ты их одолел? — спрашивает.

— Да не буду врать, — пастух отвечает. — Не я это, а мой верный слуга, мой помощник.

— Какой такой помощник?!

— А вон он, овец пасёт.

Пёс услышал, что про него бают, подбежал и поклонился управляющему. Да не просто мордой мотнул, а встал на задние лапы, правую переднюю в сторону отвёл и головой низкий поклон отвесил.

— Ну и ну! — только и молвил управляющий. — Это пёс панский! Не тебе, мужичьей кости, быть ему хозяином. Вот тебе десять рублей, а собаку — мне.

Пастух своего помощника и за сто рублей бы не отдал. Да разве с паном управляющим поспоришь?!

Посадил пан пса в коляску и уехал.

Привёз к себе, и такие в доме чудеса пошли, что пан ни на один час с собакой расставаться не хотел. День и ночь при себе держал.

А тут как раз пановы именины подоспели. Съехались к нему гости, управляющие из других княжеских имений. Князь-то богатый был, земли-то у него немеряно!

Выпили паны, и, как водится, зашёл у них разговор о пустяках. Стали они собаками хвалиться. Именинник слушает, посмеивается. А уж когда все нахвастались, позвал своего пса и говорит:

— Покличь-ка мне Ивана, Романа да третьего — Степана. Смеются гости: какое поручение собаке дают! Такой собаки и на свете нет, чтобы его выполнила!

А пёс степенно из комнаты вышел, недолго пропадал, назад идёт, трёх слуг за собой ведёт.

Паны и смеяться перестали, спрашивают у слуг, как кого зовут.