— Куда спешишь? — один мужик крикнул.

— Соври чего-нибудь! — другой смеётся.

А тот парень:

— Некогда мне врать, валит рыба на гать, а я бегу её собирать.

И ещё быстрее припустил, только пятки сверкают.

— Пожалуй, что не врёт!.. — почесал в затылке один мужик.

— Да нет, врёт! — сказал другой. — Однако рыбки хорошо бы попробовать!

— Чего время терять! — закричал третий. — Аида все на гать, рыбу собирать!

Побросали цепы и кинулись вслед за вралем. Один только старый дед усмехнулся и остался на току.

Добежали мужики до гати — там рыбы и не бывало. Только парень стоит, руки в боки, хохочет во все горло!

Хлынул тут дождь, ровно из ушата всех окатило. Вымокли мужики до нитки, и рожь намокла.

Идут обратно, меж собой толкуют:

— Вот уж враль так враль! Говорил, что врать некогда, ан опять соврал.

А старый дед им:

— Сами вы виноваты! Недаром говорится: к делу безделицу не примешивай, на всякое слово уши не развешивай!

ПОТЕРЯННОЕ СЛОВО

Белорусская сказка

Женился парень. Да взял молодую не из своей деревни, а из дальнего заречного села. Пожили они мало ли, много ли, молодуха и говорит мужу:

— Съездил бы ты, Иванка, мою матушку навестить. Иванке что — запряг лошадь и поехал.

Хорошо его тёща встретила. Картохи на стол поставила, грибочков солёных, пирог с рыбой. А потом налила в миску такое, чего он отродясь не едал. Вроде кислит оно, вроде сластит, не густое, не жидкое, не холодное, не горячее… Вкусное!.. Ел бы да ел! Две миски Иванка выхлебал. И спрашивает тёщу:

— Мамо, а мамо! Это что же вы такое наварили?

— Как что, зятёк дорогой! Кисель это овсяный. Неужто не знаешь?