— Один? — Барбер старался мысленно собрать воедино все, что Смит ему изложил.

— Да, один, — подтвердил Смит, — не считая небольшого ящика.

— Ах вон оно что! — Барбер расплылся в улыбке. — Наконец-то всплыл небольшой ящик.

— Да, наконец, ты прав, — искренне улыбнулся ему Смит, испытывая, по-видимому, в душе восторг. — Все уже точно рассчитано. Вес небольшого ящика двести пятьдесят фунтов. На каждом отрезке маршрута вполне надежный уровень безопасности.

— Ну а что в этом небольшом ящике? — хладнокровно осведомился Барбер.

Теперь, выяснив, что ему предлагают, он почувствовал облегчение.

— Тебе непременно хочется знать?

— А что я скажу таможенникам, когда поинтересуются содержимым этого ящика? «Спросите у Берта Смита»?

— При чем здесь таможня?! — возмутился Смит. — Ты с ней не будешь иметь абсолютно никаких дел, твердо тебе обещаю! Когда ты вылетишь из аэропорта в Каире, ящика на борту не будет. Приземлишься в Каннах — тоже. Этого тебе достаточно?

Барбер, сделав последнюю затяжку и погасив сигарету, внимательно изучал Смита: удобно развалился на стуле с прямой спинкой в этой неприглядной, ободранной комнате; вызывающе опрятно, слишком элегантно одет для такой дыры в столь ранний час… «Наркотики, — думал Барбер, — набьет ими этот ящик под завязку…»

— Нет, мальчик Берти, — довольно грубо возразил Барбер. — Этого мне недостаточно. Выкладывай все до конца.

— Так ты еще заинтересован в сделке? — Смит тяжело вздохнул.

— Да, пока заинтересован.

— Хорошо. — Смит явно сожалел о необходимости раскрывать перед ним все карты. — Вот как все осуществится. Тебе предстоит проложить дорожку — слетаешь в Каирский аэропорт несколько раз. Все документы у тебя в полном порядке. Примелькаешься, станешь неотъемлемой частью обычной, законной аэродромной рутины.