– Куда же она намылилась? - бессмысленно спросил Носоглотка, оттягивая страшное.

Мансур закатил виноградные глаза:

– Говорит, что ей хватит. Дом, говорит, куплю. За границу поеду, на море, молодого себе найду. Я ей прямо сказал: Эсмеральда, сказал, на дом тебе хватит, ладно. И на море наскребешь. Но молодой тебе дорого обойдется, это я тебе как мужчина женщине обещаю. На молодого ты еще не заработала. Так ей и выложил.

Носоглотку передернуло. Он представил себя в состоянии заграничного приморского сожительства с Эсмеральдой. Виагра творит чудеса, но душу бессмертную жалко до слез.

Мансур вздохнул и махнул барменше, требуя водки.

– Короче, уперлась она. Понимаешь? Ну а я что - я, по-твоему, зверь, да? Честно скажи, как мужчина мужчине - я зверь?

– Ты, Мансур, авторитет, - серьезно ответил Носоглотка. - Звери в авторитетах не ходят. Зверь в клетке должен сидеть.

Тот расстроенно ощупывал сизую щетину, густо покрывавшую щеки и подбородок. Ему вдруг почудилось, что все вокруг несправедливы к нему.

...Выпили еще, и Носоглотка захмелел прилично, хотя еще не был непоправимо пьян.

– Мансур, - заговорил он робко, - а при чем тут вообще Эсмеральда? При нашем-то базаре, а?..

–..А? - очнулся Мансур. Он успел позабыть обо всем и мысленно унесся куда-то далеко, в солнечный Азербайджан. В небесный Азербайджан, если такое возможно, в прообраз и предтечу многочисленных азербайджанов, томящихся по разным вселенным. Где все настоящее: виноград, сливы, женщины, арыки, сады, огнестрельное и холодное оружие...

– Почему ты про Эсмеральду сказал?

– Я твоего дядю на ее место поставлю, - рассеянно объяснил Мансур.

Носоглотка съежился. Он проклял минуту, когда надумал просить за дядю.

– Но ведь он мужик, - возразил он без особой уверенности. - А туда нужна мамка.