И я ему ответила:

– С жестокостью, я хочу быть предметом.

– Ты хочешь, чтобы я с тобой обращался, как с предметом?

– Я не хочу ничего. Делай то, что тебе нужно делать.

– Ты моя сука, ты это знаешь?

– Для меня невозможно быть чьей-то, я не принадлежу даже самой себе.

Он начал описывать, как и куда он бы всунул мне член, сколько времени он был бы там и как бы я кончила.

Я наблюдала, как бегут слова, посылаемые мне, и все это убыстрялось. В моем желудке начались извивания, во мне пульсировала какая-то дикая жизнь и такое сильное желание, что мне ничего не оставалось делать, как поддаться. Его слова были пением сирен, и я в полном сознании, хотя и с болью, ему себя предоставила…

После того как он сообщил, что кончил в руку, он спросил, сколько мне лет.

– Шестнадцать, – написала я ему.

Он набрал на все окно знак удивления, а затем знак улыбки. И затем:

– Черт подери! Комплименты!

– За что?

– Что ты уже такая опытная…

– Да.

– Я этому не поверю.

– Ну, что тебе сказать… Какая тебе разница, что ты это знаешь, все равно мы никогда не увидимся. Ты даже не из Катании.

– Как это не из Катании? Как раз из Катании.

Блядь! Быть виртуально трахнутой каким-то катанием!

– А сейчас чего ты хочешь от меня? – спросила я, уверенная, какой ответ он даст.

– Выебать тебя!

– Ты только что это сделал.

– Нет! – и еще раз знак улыбки. – В реальности.

Я подумала немного и набрала номер моего мобильника; в момент отсылки я вдруг заколебалась. Его «спасибо!» заставило осознать, какую хуйню я только что сделала.

Я ничего о нем не знаю, только то, что его зовут Фабрицио и что ему тридцать пять лет.

Свидание через полчаса на проспекте Корсо Италия.

Я прекрасно знаю, что иногда дьявол рядится в чужие одежды и проявляет себя только после своей победы над тобой.