По утрам в подъезде мрак кромешный. Папа с фонариком идет за мной.

Тени от перил, от перекладин. От перекладин – веером. Бегут, трепещут. И тени, и свет. Свет, не убивающий мрак, а еле живой во мраке. Как все странно. И капли воды в ванной, и струя воды, сквозь которую свет. Свеча стоит возле мыльницы. Нет телевизора, нет радио.

Живой свет, живые тени. Русский экспрессионизм.

31 декабря 1999

Москва. Раннее утро. Толпа валит с электричек в метро.

Лежит мертвый. Мы идем, обходим. Не смотрим, но видим. Его нет или нас нет?

Симметрия человека: один глаз глядит в будущее и ничего не видит, другой глядит в прошлое и ничего не видит.

16 января 2000, воскресенье

Все измеряется временем: путь, ожидание, болезнь, жизнь, любовь… Чем измеряется время? Жизнью, любовью, болезнью…

Мне приснилась смешная фраза: "Вирус горячей воды столкнулся с железной дорогой".

27 января 2000

Он сам собрал машину. Не знаю, какой там был мотор, но кузов от старой "Волги" с оленем на капоте. Получил на машину документы и стал подвозить от вокзала пассажиров. Ставил ее в сарай. Мыл у колонки.

Лучше всего были ночные поезда, когда нет автобусов. Отвозил людей в город, в деревни. Случалось, возвращался домой под утро. Просыпался после обеда, мыл машину, курил на крыльце. На огороде копался.

Стирал. Жена от него ушла.

Как-то раз он вернулся под вечер, пешком, грязный и пьяный. Видели, как он шел с переезда тетя Паша и Василий Петрович. Закрылся в доме и не выходил два дня. Тетя Паша думала, живой ли, стучала ему в окно. Он к окну подошел. Лицо белое под черной щетиной.