Им повезло еще раз. Едва они вышли на асфальтовую дорогу, как рядом, грохоча и лязгая всеми сочленениями, остановился заводской автобус. Он был такой старый, что всякий, кто его видел, невольно ожидал, что автобус вот-вот развалится у него на глазах.

Водитель, молодой парень, махнул им рукой, приглашая садиться.

– Вам до города? Садись, ребята, подвезу!

Отстегнув лыжи, Макаров и Туркина забрались в автобус. Садясь, Федор опасливо оглянулся на лес: в чаще все было как будто тихо, лишь издали доносилось завывание милицейской сирены.

Автобус покачнулся, загрохотал от колес до крыши и тронулся.

– Ну что, накатались? – спросил водитель, поворачиваясь к ним.

Все лицо у него было покрыто крупными веселыми веснушками, придававшими ему необычайно легкомысленный вид.

– Ага, свежий воздух и все такое прочее, – подтвердил Федор.

Парень расплылся в улыбке, от которой все веснушки его, казалось, столкнулись и слились в одну.

– Завидую! А я еле проехал. На шоссе кордон ГИБДД, весь транспорт проверяют. Кажись, ловят кого-то. Вы-то никого не встречали?

Катя с Федором озабоченно переглянулись.

– Никого, – сказала Туркина. – Мы тут с краю катались.

Федору почудилось, что ее голос звучит неестественно, но парень не обратил на это внимания. Он смотрел на дорогу и ловко вел свой дребезжащий железный ящик по ухабам.