— Ну что, мои хорошие? Наверное не увидимся уже больше в ближайшей пятилетке, на зону уже вояки повезут.

— Да, Косулюшка, — в тон ей с грустью сказал ближайший к ней молодой милиционер и сделал движение, как будто смахивает слезу. — Жаль расставаться с тобой, жаль.

— Нам будет тебя не хватать, — подыгрывал второй конвоир и все втроём весело рассмеялись.

— Но ничё, вот выйду, мы ещё встретимся. Правда? — наивно спросила Коса, полагая, что этой встрече парни будут рады.

Внешние ворота тюрьмы открылись и воронок въехал внутрь. Вокруг машины слышно было много голосов и лай собак. Раньше Ольга и Юрий видели тюрьму только снаружи, изредка проезжая возле её мрачной стены. Теперь же им предстояло увидеть её изнутри и пройти через все её испытания. Лязгнул замок входной двери, кто-то открыл её снаружи, и один из ментов отпрыгнул на улицу. Второй встал у дверей клеток и вставил ручку в дверь, где были женщины.

— Давай сразу в семёрку! — послышался командный голос откуда-то снаружи. — Открывай!

Конвоир открыл дверь женской клетки и скомандовал:

— Пошли! Первая!

— Ну, вот и всё. Вот я и дома. Пока мальчики, — лепетала Коса, неся свой мешок впереди себя.

— Давай, — хлопнул её по заду конвоир. — Вторая!

Когда Ольга вышла, Юра опять крепко вцепился в решётку и бессильно застонал. Он видел её состояние, но сделать ничего не мог.

— Оля, Олечка-а.

Она оглянулась на выходе и взглянула на него мокрыми от слёз глазами. Видно было, что она не прощается с ним, а просто ещё не пришла в себя и мало что понимает. Спрыгнув на мокрый после утреннего дождя асфальт она прищурилась от уже вышедшего из-за облаков яркого весеннего солнца и растерянно озиралась вокруг.