— Этих — в восьмёрку! — скомандовал он одному из своих помощников и, когда вышедших двоих куда-то повели, повернулся к оставшимся. — За мной.

Их повели длинными тюремными коридорами в другой корпус, это было понятно по одному узкому переходу, по бокам которого не было дверей тюремных камер. Все шли молча, но расслабленно, видно было, что этот маршрут для них привычен. Юрия тоже окружающая обстановка не напрягала, как бы она не была мрачна. Пока он беспокоился только об Ольге и совсем не думал о себе, к тому же сильно хотел в туалет и думал о том, что скорее бы прийти в этот отстойник или как его там «сосед» назвал.

Наконец их подвели к двери, на которой крупными цифрами было написано 74, и какой-то прапорщик, ожидающий их возле камеры, отворил для них эту дверь.

Как только девушки и женщины оказались в своём отстойнике одни, Коса сразу подошла к Ольге.

— Ну что, лапочка? Попала? — тон её был насмешливый, но наглый вид и бегающий по Ольгиной одежде взгляд не предвещал ничего хорошего.

На Ольге был дорогой деловой костюм, подаренный накануне Юркой в день её рождения. На суде хотелось выглядеть прилично и она надела его. Глаза Косы ясно выражали её заинтересованность этим костюмом, так же как и плащём, который Ольга, как назло, одела сегодня, несмотря на уже установившееся тепло. Не ускользнули от её взгляда и модные сапожки Ольги, тоже подаренные Юркой на прошедший женский день.

Даже невооружённым глазом видно было, что вся эта одежда будет мала Косе, выглядевшей крупнее Ольги. Также видно было и то, что наглая заключённая очень переживает по этому поводу и усиленно думает, что бы предпринять. Упускать такие шмотки ей явно не хотелось, но и напялить это всё на себя она не смогла бы. Даже её рот, не умолкающий до этого ни на минуту, сейчас не изрекал никаких выражений.

Наконец, решившись довольствоваться хотя бы плащом, который тоже стоил немало и его можно было бы выгодно обменять на что-нибудь, она с сожалением произнесла.