Очень многие обыкновенные человеческие девушки, наглядевшиеся на эти жизнеутверждающие примеры, мечтают стать похожими на фей. Нет, больше того, они мечтают не только стать похожей, но полностью превратиться в такую фею. Возможно, это происходит от непонимания внутренней их природы, возможно, даже несмотря на него, но факт остается фактом. Юные особы подвергают себя жестоким процедурам, направленным на изменение внешности, убийственным диетам в целях достижения кажущейся воздушности, перенимают манеры, повадки, поведение фей...

И совершенно, совершенно зря. Человек все равно никогда не сможет стать полноценной феей. В отличие от фей, у человека всегда есть душа, которую можно, конечно, изуродовать и измельчить, но совсем уничтожить нельзя. А вот лишиться в этой погоне за недостижимым человеческого облика можно запросто. И что может быть ужаснее вот такой миловидной, пусть даже не очень умной девушки, изуродовавшей свою душу и потерявшей человеческий облик?

Кроме того, человеку для жизни всегда будет нужно чуть больше материального, чем лист салата, а одними эфирными волнами, исходящими даже от самого головокружительного успеха, он долго не проживет. Да ведь этого и не нужно, если вглядеться. Способность любить, не пожирая, – на мой взгляд, совсем не худшее из возможных природных умений, и уж в любом случае не стоит завидовать тому, кто даже не может вспомнить свой собственный вчерашний день.

По каким внешним признакам человек может узнать фею, случайно встретив ее на улице? И может ли он это сделать вообще? Феи очень не любят, чтобы их вот так вот прямо узнавали среди бела дня, и весьма талантливо маскируются. Иногда только, задним числом, внезапно сопоставив все факты, вдруг возьмешь и догадаешься, что вон та заносчивая красотка, соседка по лестничной клетке, от которой в лифте вечно пахло незнакомыми духами и которая на прошлой неделе вдруг переехала в неизвестном направлении, была самой настоящей феей. Была и нету. Теперь не найдешь. Да и зачем, в сущности? Личный контакт с феей не является гарантией счастья. И часто вовсе даже наоборот.