В мгновение ока Тереза вырывается из объятий поэта Сарайвы и бросается к Либорио.

— Мужчина, который бьёт женщину, не мужчина, а слабак… — И, стоя перед верзилой, она поднимает голову и продолжает: — А слабака я не бью, я плюю ему в морду.

Плевок летит (играя с мальчишками в разбойников, Тереза натренировалась и делала это очень метко), но на этот раз цели не достигает: субъект высокого роста, и вместо гадкого гноящегося глаза он попадаст в шею.

— Шлюха!

— Если ты мужчина, ударь меня.

— Сию секунду, сеньора шлюха.

— Ну, давай бей! — подначивала она его, но сама времени не теряла: вот она заносит ногу, чтобы ударить в пах, и опять промахивается — уж очень длинные у того ноги. Тереза теряет равновесие и повисает на руках дружков Либорио, которые скручивают ей за спиной руки и подставляют её лицо под кулаки верзилы. Не получив удовлетворения от удара, нанесённого своей девице, Либорио железным кулаком бьёт Терезу по губам.

Поэт Сарайва бросается на Либорио, старающегося подмять под себя Сверкающую Звезду самбы, и все трое катятся по полу. В какой-то момент Тереза оказывается на ногах и снова плюёт в лицо верзилы, на этот раз слюна летит со сгустком крови и кусочком зуба. И к тем и к другим спешит подкрепление: с одной стороны — дружки рогоносца, с другой — художник Женнер Аугусто, закусивший губу от злости, и коммивояжёр, который из осторожности бросил на произвол судьбы свою партнёршу, ведь незнакомая девушка сделала то, что должен был сделать он. Забыв обо всём на свете и о риске себя скомпрометировать, однако надеясь вернуть уважение коллег, он очертя голову бросается в бой. Джаз продолжает играть, но танцующие пары покидают площадку, освобождая её для сражающихся. Один из посетителей, взобравшись на стол и размахивая двадцатью крузейро