– У нас в Простоквашино ни одной шахты нет.

– Так сталевары могут дорогу перекрыть.

– И сталеваров у нас нет.

– Учителя у нас есть?

– Есть, – отвечает Шарик, – один учитель.

– Так вот он тоже может дорогу перекрыть. Ему тоже давно уже денег не дают.

Тут дядя Федор вмешался:

– Послушай, Матроскин. У нас и медведей-то нет.

– А ему медведя с собой привозят. В специальной берлоге пластмассовой с люком. Медведь цирковой. Берлогу в лесу закапывают в удобном месте, потом люк веревкой открывают, премьер-министр ба-бах! И счастлив. В другое место на охоту едет.

– Хорошо, – говорит дядя Федор. – Но где же столько медведей набрать цирковых?

– У него медведь один и тот же, – объясняет всезнающий Матроскин. – Просто пули премьер-министру дают снотворные.

– А шкура? – спрашивает Шарик. – Охотнику ведь шкура нужна.

– Нет. Шкуру он не берет. Шкуру он егерям оставляет. Ему просто убивать нравится.

Наутро вся деревня Простоквашино на деревьях около берлоги висела. Всем интересно было на охоту посмотреть.

Омоновцы по лесу прошли, всех простоквашинцев с деревьев постряхивали. А тут сам премьер-министр на танке к берлоге подъезжает. Он смело так из люка высунулся, прицелился и кричит:

– Выгоняй!

Медведя выгнали. Охотник ба-бах! И мимо. Одного омоновца запоздалого спать уложил. А медведь бежать. Охрана – за ним.

– Стой! Куда?

Да куда там! Медведь на дорогу выскочил, смотрит, мотоциклы стоят для эскорта. Один даже с работающим мотором.

Медведь, не долго думая, на мотоцикл сел и поехал. Он же был цирковой, дрессированный, еще филатовский. Был когда-то такой номер укротителя Филатова – «Медведи за рулем». Им еще вся Япония была потрясена.