– Симулянты!
Вскоре он уходит на фронт. Он журналист, военный корреспондент.
Мы ходим в школу два с половиной года. Учителя тоже уходят на фронт; вместо них появляются учительницы. Потом школа закрывается, потому что слишком много налетов и бомбежек.
Мы умеем читать, писать, считать.
У Бабушки мы решаем продолжать учебу сами, без учителей.
Покупка бумаги, тетради и карандашей
У Бабушки нет ни бумаги, ни карандашей. Мы идем за ними в магазин, который называется: «Книги. Канцелярские товары». Мы выбираем пачку бумаги в клетку, два карандаша и толстую тетрадь. Мы кладем все это на прилавок перед толстым человеком, который стоит с другой стороны. Мы говорим ему:
– Нам нужны эти вещи, но у нас нет денег.
Продавец говорит:
– Что? Но… нужно платить. Мы повторяем:
– У нас нет денег, но нам совершенно необходимы эти веши.
Продавец говорит:
– Школа закрыта. Никому не нужны тетради и карандаши.
Мы говорим:
– Мы учимся дома. Сами, одни.
– Попросите денег у родителей.
– Наш Отец на фронте, а Мать осталась в Большом Городе. Мы живем у Бабушки, у нее тоже
нет денег.
Продавсц говорит:
– Без денег ничего купить нельзя.
Мы больше ничего не говорим, мы смотрим на него. Он тоже на нас смотрит. У него на лбу выступает пот. Через минуту он кричит:
– Не смотрите так на меня! Выйдите отсюда! Мы говорим:
– В обмен на эти вещи мы готовы проделать для вас определенную работу. Полить вам огород, например, вырвать сорняки, разнести посылки…
Он снова кричит:
– У меня нет огорода! Вы мне не нужны! И потом, вы что, не можете говорить нормально?
– Мы говорим нормально.
– Говорить в вашем возрасте «готовы проделать», это что, нормально?
– Мы говорим правильно.
– Слишком правильно, да. Мне не нравится, как вы разговариваете! И как вы смотрите на меня, тоже не нравится! Выйдите отсюда!