— Ну ты даешь! Ты что ж, и болтать по-ихнему можешь?

— Могу.

— И все-все понимаешь?!

— Так я ж там родился… И вырос, — сказал Толик.

Потом Толик стоял сзади машины у распахнутых фургонных дверей, а Палпалыч сверху подавал ему мешки и хохотал:

— Пять тысяч верст — и два мешка!.. Ну, Толик! Ну, торговец! Рокфеллер хренов! Олигарх, мать твою!..

— Ничего, — покорно сказал Толик и поставил второй мешок на землю.

Палпалыч развеселился еще пуще:

— Бона торговцы! Бона они где, купцы-то настоящие!.. — И Палпалыч ткнул пальцем в темноту фургона: — Двести восемьдесят дваящичка по тридцать два килограммчика… Джонатан-стандарт!

Он отодрал планку от крайнего верхнего ящика, вынул оттуда ярко-красное яблоко и протянул его Толику.

— Вот это дело! Лопай, лопай… Девять тонн — девять тыщ килограмм. Считай по полета рублей за кило. Сколько это будет? Вот то-то и оно! И всем хорошо. И все при деле, все при бабках! И я в полном порядке…

Палпалыч выпрыгнул из фургона и стал закрывать его двери. И сказал Толику:

— Здесь тебя за полтора стольника любой подхватит. . До города пятнадцать километров. А у меня еще два поста ГАИ впереди.

— Спасибо, — сказал Толик.

— Насчет гостиницы при рынке позвони. Спроси Нину — дежурную со второго этажа. Скажи, что от Палпалыча, она тебе местечко сделает…

— Спасибо, — еще раз сказал Толик и протянул Палпалычу деньги.

— Миллионер! — восхитился Палпалыч. — Ротшильд!..

И не взял денег. А влез в свою кабину и, уже закрывая дверь, крикнул:

— У тебя товар-то хоть ходовой?

— Такого товара, Палпалыч, в вашем городе еще и не видели, — со скромной гордостью ответил Толик.

— Ну, Толик, ты даешь!!!

Базар — это городские ворота в плодородие земли и воздуха.

По прилавкам выстроились аккуратные яблочные пирамиды. Яблоки разных сортов, на самый тонкий вкус. За каждой пирамидой объявляется хозяин.