И опять убежал с чемоданом.

…Когда он снова появился в гостиничном номере, перед Толиком была уже достаточная куча букетов. Не считая деньги, сосед снова высыпал их на кровать и набил чемодан цветами.

— Ночь сейчас, — уныло сказал Толик и удивленно посмотрел на соседа. — Кто сейчас цветы покупает?

— У меня покупают! — воскликнул тот. — Уметь надо, дорогой!

И снова умчался с чемоданом…

К середине ночи комната опустела. Валялись листья, растоптанные мясистые цветы и обрывки целлофана. И тут открылись Толиковы мешки с зирой.

Заметив мешки, сосед кинулся к ним, схватил и побежал в ванну.

— Это мое, — сказал Толик.

— Выбросить надо, дорогой, — объяснил сосед. — Зачем тебе столько пыли?

— Это мой товар, — сказал Толик с обидой.

— Товар?! — захохотал сосед. — Тогда почему не продаешь? Зачем товар лежит? Товар-деньги-товар!

И не успел Толик двинуться, как сосед схватил оба мешка и убежал с ними куда-то в ночной, безлюдный город. Толик рванулся было за ним следом, спустился вниз по гостиничной лестнице, но не догнал соседа…

В вестибюле горел малый свет, на диване спала дежурная, дремал швейцар в модерновом креслице. Входная дверь была заложена — похоже, что через нее никто не выходил…

Толик постоял, постоял и вернулся обратно. Стал сгребать ногой мусор в угол. Потом уселся на постель. Прилег. И тут ворвался сосед, размахивая деньгами.

— Зачем товар так долго держал? — кричал он. — Хороший товар, дорогой! Так берут! Что это такое?

— Зира, — сказал Толик. — Приправа для плова… Кто же покупал ночью-то? Ее и днем не берут. И людей сейчас на улице нету.

— Есть люди, есть, дорогой! Как нету? Люди всегда есть. Уметь надо.

Сосед вынул из пустого Толиковй мешка блестящий новенький транзисторный приемник.

— Вот — приемник купил! Музыку слушать будем! Любишь музыку слушать? Японский. Чистый «Соня»!..