Егор пил кофе, ежась под взглядом Соколова. Гла­за улыбались, а зрачки будто простреливали насквозь. От них веяло холодом недоверия.

—   Женат, говоришь? Это хорошо. Значит, к нам на­долго. У семейных свои заботы, им приключения ни к чему. Тем более дитя ждете. У меня сын есть. На будущий год повезем его в отпуск, на материк, к бабке. На Украину. А то так и будет думать, что яблоки на прилавках магазинов растут, а мука в мешки с неба сыпется.

—   Теперь их телевидение всему научит,— прервал Егор.

—   Смотря, что включат: мой — мультики, я — фут­бол, жена — сериалы. Вместе только концерты глядим.

—   А нам пока не до передач. Хочу тещу вызвать с материка, чтоб помогла жене на первых порах ре­бенка досмотреть,— поделился Платонов.

—   Тещу?! На время? Ну, и мечтатель! Впрочем, это дело личное! — оборвал громкий смех Соколов и заго­ворил о предстоящей работе Егора, время от времени заглядывая в его документы.

Платонов внимательно слушал и следил за Алексан­дром Ивановичем, делал свои выводы. Когда начальник зоны привел в спецотдел и представил сотрудникам, Егора мигом окружили: все ж с материка человек, но­вый. С ним придется делить поровну серые будни, го­рести и неудачи. Радостей случалось слишком мало.

—   Вот твой стол, стул, телефоны, лампа и прочие мерзости. Так что располагайся. Завтра получишь фор­му, ну, и остальное, все, что полагается. Помни, рабо­ту начинаем в девять утра. Так что в восемь нужно быть на пирсе. Там катер нас забирает и везет сюда. В пять увозит. Здесь остается дежурный сотрудник. В не­делю один раз такое случается. Моли Бога, чтоб в эти дни все спокойно обходилось,— добавили неспроста.